Category: мода

Category was added automatically. Read all entries about "мода".

post

Оригинал взят у greenbat в post
Выскочила из подъезда мусор выбросить. У помойки копошится какая-то тетка. Не то развешивает на краю бака шмотки, не то, наоборот, собирает. Картина привычная, желающих прибарахлиться, не отходя далеко от дома, хватает. Уже и бомжей потеснили. Я швырнула мешок в полупустые пованивающие недра, рассеянно мазнула взглядом по фигуре рядом - и оторопела. Лариска, малахольная моя соседка, в своей норковой шубе за сорок тысяч, разглядывала, растянув на пальцах, красные трусы. Даже, скорее, панталоны. Брови ее были насуплены, и весь вид выражал напряженную работу мысли.

Оказалось, довольно сложно придать лицу равнодушное выражение, когда глаза лезут на лоб. Лариска оглянулась, увидела мою обалдевшую физиономию, и расстроенно сообщила:
- Не подошли.
- Э-э... М-м... Привет, Лара.
Лариска славится в узких соседских кругах взыскательностью по части шмотья. Вечно, кстати, меня шпыняет за беззаботность в этом плане. Поэтому ко всему прочему подкосил выбор обновки. Трусы были здоровенные - "сколько б вышло портянок для ребят", добротные, надежные, модель от пупка до середины бедра, - и при всем при этом кокетливо кружевные, из переплетенных сердечек.
Соседка покрутила перед глазами сей артефакт, горестно вздохнула - и сунула в карман, воровато оглянувшись по сторонам.
- Только Коляше не сболтни, - нервно сказала она.
Д'Артаньян почувствовал, что тупеет. Я не выдержала.
- Лара, зачем тебе это барахло?! Ты спятила?!
Она пригляделась ко мне, удивленно подняв брови, ахнула - и рассмеялась.
Мы дошли до подъезда, Лариса закурила сигаретку и поведала историю красных панталон.

Супруг ее, милейший Николай Иваныч, - мужик чудесный, но ни в чем, кроме своих теплосетей, не разбирающийся. И когда наступают праздники, он бестолково тычется по магазинам, откуда, изнеможенный и потный от умственного напряжения, приносит в клюве совершенно никчемные предметы. В общем, подарки он выбирать не умеет. Намеков не понимает. Поэтому незадолго до 8 марта Лариса взяла его за руку и повела в "Бюстье". Там выбрала прелестные алые трусики - и продемонстрировала их мужу ("Коляша, правда хорошенькие?"). Николай Иваныч истово кивал.
Восьмого числа Лариса, нарядная и подкрашенная, получила, вслед за традиционными тюльпанами, заветный пакетик. Из которого и выудила уже упомянутые красные трусы белорусского производства.

Внутренне махнув рукой, Лариса мило улыбнулась и поблагодарила супруга звучным поцелуем. Ничего бы дальше не было, если бы Николай Иваныч, внезапно ощутив себя восточным владыкой, не потребовал примерки. Но коварное исподнее, с виду способное вместить натурщицу Ботеро, парадоксально обтянуло женин филей самым отвратительным образом. Лариса глянула в зеркало и обнаружила там вместо действительно довольно симпатичных бедер какие-то, по ее словам, "жирные валики". Простодушный Коляша, недоуменно оглядывая семейную ценность, выпирающую из кружевного белорусского кошмара, брякнул: "Как-то они не очень... Ларочка, ты потолстела!" И Лариса потеряла разум. Последовала душераздирающая сцена. Стащив проклятые трусы, голая Лариса истоптала их ногами. Муж возмущенно бухтел:
- Какая разница, в каком магазине! Ты же сказала - красные, я и купил красные! Посмотри, какое кружево! Ну, немножечко врезаются! Но на витрине, знаешь, они очень симпатично смотрелись!
К вечеру помирились, конечно.
Утром Николай Иваныч уехал на дачу. Лариса взяла подарок и понесла на помойку. Повесила там на край. Но, отойдя на два шага, остановилась. Вернулась. А дальше вы знаете.

- Ведь расстроится, балда, - затушив окурок о лавочку, вздохнула любимая женщина Николая Иваныча. - Выбирал же. Старался. Пусть лежат. Говорят, панталоны в моду вошли на Западе, даже сайты специальные есть. А я все равно к лету худеть собиралась.

haifa

Картинка из жизни

Идет по улице колоритная парочка. Она - лет пятидесяти, может и старше. Худая крашенная блондинка, с кривыми ногами, в прикиде, больше подходящем для 20-летней девочки.
Он - лет на 10-15 моложе, эдакий подержанный мачо с элегантной небритостью типа "доктор Хауз".
Не без удовольствия ловлю отрывок диалога:

ОН: Ты, сука, кончай меня лоббировать!
ОНА: Че?
ОН: В смысле - не напрягай!
haifa

Мода на ненависть

То, что произошло сегодня в Москве, заставило "железную леди" нашей журналистики - Юлию Латынину буквально покаяться в прямом эфире. Это дорогого стоит!
Цитирую почти дословно: "Сегодня какая-то православная сволочь избила журналистку "Новой Газеты" Елену Костюченко, участвующую в гей-параде. Я говорила когда-то, что секс-меньшинства имеют право устраивать парады, а те, кому это не нравится имеют право их бить. Сейчас я очень сожалею об этих словах".

Я надеюсь, что когда-нибудь все гомофобы будут сожалеть о своей гомофобии, о том, что они кричали "Бей!" и бросались на людей, которые им, лично, не сделали ничего плохого. Сейчас почему-то все забыли, что в 90-е годы в Москве регулярно проходили акции гей-сообщества и никого это вообще-то не возбуждало, кроме парочки совсем пещерных личностей. Сейчас ситуация в корне изменилась: быть гомофобом стало модно. Но это гнусная мода. Мода на ненависть.
Сегодня из-за этой ненависти пострадал хороший, талантливый человек.
Я рекомендую всем моим френдам ее последний очерк в "Новой Газете" о заброшенной Ховринской больнице и том, что там происходит.
И вот этот ее текст: "Почему я иду на гей-парад?"
haifa

В "Фаланстере" - презентация "Немировского вестника"

...а у меня порвались единственные босоножки. Я отнесла их в ремонт, будут готовы только завтра. А сегодня мне натурально не в чем выйти из дома, кроме как в домашних тапочках или туфлях на высоком каблуке. А в туфлях на высоком каблуке я не пойду даже на встречу со Стивеном Спилбергом (если, конечно, мэтр не пришлет за мной машину).
Потому что я не умею ходить на высоких каблуках. Через пять минут у меня начинают болеть мышцы ног - от пятки до колена. И вся последующая жизнь превращается в жутко некомфортное существование. Мне плевать на то, что с высоким каблуком мои ноги выглядят лучше Имеет значение только то, они себя хуже чувствуют
Я безмерно уважаю женщин, которые умеют ходить на высоких каблуках. Они владеют тайным искусством, которое мне так и далось.